Расписание движения транспорта в Рыбинске

Пешком... Рыбинск хлебный


Этот город родился на воде. Жил рекой и для реки. Речка была не какая-то "перепрыга", а великая Волга. Он и имя получил соответствующее - Рыбинск.

Здравствуйте, с вами по-прежнему Михаил Жебраков.

Город открывается с воды. Чистая публика прибывала на пароходах. Тысячи глаз впивались в открывающиеся красоты.

Город новый златоглавый,
Пристань с крепкою заставой;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.

Но, в основном, приходили в лаптях по берегу. В путину здесь на хлебных пристанях работало до ста тысяч водоливов, крючников, бурлаков.

Сегодня мы гуляем по Рыбинску. И посмотрим, так ли он раскатист и полноводен как Волга, его породившая.

Главные здания Рыбинска развернуты на реку. Это, прежде всего, биржа. Ведь Рыбинск колыбель хлебной торговли России. Сюда по Волге шли баржи с зерном, и именно в Рыбинске его перегружали на мелкоосадочные суда, их так и называли - зарыбинские, чтобы везти хлеб в Петербург и северные области.

Первое здание биржи было построено в 1811 году. А второе, в русском стиле, в 1912. Низ здания, вот эта великолепная веранда, выходящая на Волгу, облицована мощными плитами гранита, чтобы предохранить фундамент от ударов льда.

Архитектор Иванов учел положение биржи. Поэтому со стороны реки устроил широкую террасу, чтобы рассматривать баржи. А со стороны города фасад сделан из разных блоков, с разными кровлями, словно целый древнерусский город.

Стены с частыми зубцами,
а за белыми стенами
блещут маковки церквей
и святых монастырей...

Фасад выложен изразцами - это работа местной фабрики купца Алексеева. Изразцами сделан и герб города Рыбинска. Наверху медведь с секирой - это символ Ярославля. Ниже лестницы - многочисленные пристани города Рыбинска и две стерляди, когда-то Волга славилась рыбой.

На набережной поставлен памятник бурлаку работы местного скульптора Писаревского. С кого Писаревский лепил лицо, не знаю. Мог бы с Гиляровского, но тогда не должно было быть бороды. Ведь Гиляровский совсем юным нанялся в бригаду бурлаков. Прошел с ними до Рыбинска, а здесь задержался. Поработал крючником и написал стихотворение:

Мокра рубаха, лапти рвутся,
Устали ноги и спина.
А доски плещут, доски гнутся,
Под ними хлюпает вода.
Здесь песен нет, весь день в молчании,
Рот пересох до хрипоты.
Лишь только крякнет от страдания
С плеча кидая куль в бунты.
Опять бежит по зыбкой сходне
За новым грузом налегке.
Вчера, и завтра, и сегодня
Куль на спине и крюк в руке.

Город жил путинами. Зимой - 5 - 7 тысяч жителей, летом - до ста. Бурлаки, грузчики, крючники, водоливы, так называли матросов. Очевидно, старые баржи текли. Приходили сезонные рабочие на судостроительные верфи.

Местный историк рассказал мне, когда Гиляровский здесь работал, то покуролесил и попал в тюрьму. Забирать его приехал отец. И забрав, согнул железный прут как символ своей власти. На что Гиляровский палку разогнул: "Я уже не маленький".

Первое, что встречает идущих по Волге - колокольня Спасо-Преображенского монастыря. Она возвышается почти на сто метров. Бурлаки, тянущие расшиву, увидят блестящий шпиль, перекрестятся: "Слава Богу, до Рыбны дошли".

Построил колокольню Степан Воротилов - мастер удивительной судьбы. Он родился в семье рыбака в Нерехте. Затем изучал портновское и кузнечное ремесло и поступил, только потом, в каменную работу. В тридцать лет самостоятельно изучил алгебру с геометрией и начал сам рисовать здания, которые возводит его бригада. Он построил в Нерехте и Костроме торговые ряды, храмы и колокольни. Такая интересная патриархальная деталь: в бригаде Воротилова работали два его брата и четыре сына.

Воротилов построил в Костроме Гостиный двор по проекту дипломированного губернского архитектора и от себя изменил колоннаду и добавил башню. Разъяренный архитектор подал в суд, утверждая, что здания безобразны и к тому же ненадежны. Степан Воротилов умер, похоже, от сильного расстройства. А построенные им здания, ну, чтобы не говорил профессионал, красивы и стоят до сих пор неколебимо.

Рядом с воротиловской колокольней в 19 веке построили новый Спасо-Преображенский собор по проекту архитектора Мельникова. Это апофеоз классицизма. Здание симметрично, с ясным чередованием объемов и очень эффектными каримскими колоннами.

В Рыбинске мало голытьбы. Ломовые лошади тарахтят по брусчатой мостовой. Всюду валяются бочки, тюки. Волги не видно за амбарами. Господин "Купон-капитал" уже притащил сюда свою фабрику с длинной железной трубой и "задымил, засвистал". Так писатель Глеб Успенский характеризовал богатый Рыбинск.

В городе была построена самая высокая пожарная каланча - 48-ми метровая. Ведь Рыбинск протянулся на двадцать километров вдоль Волги. Так что надо было наблюдать, что происходит в "дальних морях".

Где сегодня можно ощутить жизнь речного города? Я считаю, на судостроительном заводе. Туда мы и отправляемся.

По дороге на верфь, на берегу была построена биржевая больница. В Рыбинске была городская больница на сорок пять коек, земская - на тридцать пять и вот эта, биржевая - на сорок мест. Как ясно из названия работу ее оплачивала хлебная биржа. Здесь лечили речников и сезонных рабочих. Было несколько корпусов, домики для персонала. За лечение и отпуск лекарств здесь денег не брали.

Первый грузовой пароход пришвартовался в Рыбинске в 1846 году. Он привел из Самары две баржи с хлебом. На дорогу затратил шестнадцать дней. Бурлакам понадобилось бы в три раза больше времени. И со временем Рыбинск стал центром волжского судоходства. Все крупнейшие компании построили здесь пристани, а две "Товарищество крестьян" и "Рыбинская судоходная" сделали в Рыбинске головные конторы.

Также в городе начали ставить судостроительные заводы. Знаменитые братья Нобели, в городе их называли Бранобели, поставили в городе сначала нефтеналивную станцию - хранилище для нефти, бензина, керосина, а затем заложили огромную судостроительную верфь.

В нашей стране нефтяные месторождения находятся далеко от основного потребителя, и Нобелям нужен был нефтеналивной флот. Для строительства танкеров в Рыбинске построили первый в стране слип. Слип - это стапель с переломом. На ровной части строят судно, по наклонной, вот она, спускают его на воду.

До революции на этой верфи в основном клепали нефтеналивные суда, а после революции делали сухогрузы и буксиры. Я посчитал по заводским документам, в 1961 году здесь на воду спустили 45 буксиров, плавучих кранов и сухогрузов.

Бранобели первые построили танкер - "Зороастр", вот его изображение. Первые пустили по Волге нефтеналивные суда. А к революции их флот состоял из 315 кораблей. Закономерно, что в Рыбинске поставили памятник главному изобретателю - Людвигу Нобелю.

Скульптор Бородин говорит, что гранитные глыбы позади бюста символизируют северную мощь, ведь Нобели родом из Швеции. На барельефах изображены: дизельный двигатель, танкеры, нефтяные вышки - это главные изобретения Людвига.

Раз через Рыбинск шли большие партии зерна, то в городе должны быть мельницы - мукомольные производства. Вот это здание пятиэтажной паровой мельницы купца Ефрема Калашникова.

Это был крупнейший предприниматель города. Потомственный почетный гражданин, коммерции советник, торговавший мукой по всему миру.

Калашников один раз ездил на конгресс мукомолов в Аргентину. В бытность Калашникова председателем биржевого комитета как раз была построена новая хлебная биржа. Но вышел конфуз, здание стоило на 250 тысяч дороже сметы, и уважаемый председатель был вынужден покинуть свой пост.

Ну а владелец пивного завода "Богемия" Иван Дурдин не очень считался с общественным мнением. Дурдин, бывший кавалерист, с удовольствием эпатировал публику. Например, во время городских гуляний снаряжал целый баркас с шумно выпивающей за столом компанией или пригласил в город команду женской борьбы. Представляете, чем в начале 20 века для патриархального Рыбинска была женская борьба? Таким запомнился горожанам красавец, щеголь младший Дурдин. Ну, а завод был построен при его папе, старшем Дурдине.

Это корпуса, поставленные в 1877 году петербургским архитектором Геккером. На заводе сохранилась мельница, которая измельчала зерно. Ячмень был свой, хмель покупали в Чехии, а дрожжи в Дании. До революции здесь работали, примерно, сто рабочих. Был инженер, механик, шесть пивоваров и один медовар.

Помимо корпусов Дурдины построили дома для рабочих и рядом с ними детский сад.

В 1907 году был открыт новый корпус с сушилкой, и тогда поставили вот этот флюгер на крыше. Сегодня кровля реконструируется и флюгер пока внутри.

Дурдины работали в биржевом комитете и земстве. Опекали местную тюрьму и женское училище.

После революции в 1918 году большевики объявили красный террор. Вот сюда на вокзал прибыл отряд латышских стрелков. Начались расстрелы купцов. На берегу реки Черемухи убили Ивана Дурдина и двух его сыновей. Ночью женщины выкопали тела и перевезли на кладбище. Отпевал убитых дьякон местной церкви, за что позже был арестован.

Черемуха нашу выбрала
землю - из глубока,
не поперхнувшись, выпила
птичьего молока,
горького и душистого,
влитого в толщу истово
вечного ледника.
...Много ее колышется,
жалуется окрест,
радуются, что слышится
доблестный благовест...

Это стихи моего любимого поэта из Рыбинской артели Юрия Кублановского.

Рыбинский вокзал один из самых красивых в России. Он построен в 1905 году по проекту архитектора Минаша.

Бесконечные волжские дали или бездонное небо повинны в том, что в Рыбинске выросло несколько поколений отличных поэтов. Причем, совершенно разных.

Кисин, писавший под псевдонимом Муни, типичный автор серебряного века.

О милом, далеком, забытом и брошенном
Шепчут нешумные волны реки.

Филосов Кедров.

В окруженьи умеренно вянущих роз
Обмирает в рыданиях лето
Гаснет радужный крест стрекозы где Христос
Пригвождается бликами света

Поэт-песенник Сурков.

От Кубани до Волги
Мы коней поднимали в поход.

И Ошанин.

Из далека долго,
Течет река Волга,

Пароходы и расшивы потеснили поезда. Оказалось, что выгоднее возить товары чугункой, но Волга не сдавалась. На баржах везли огромные кучи песка и щебня. "Метеоры" и "Ракеты" перевозили пассажиров. Окончательно добил речной транспорт - автомобиль.

Автобусы и грузовики быстрей и удобней. Волга перестала быть дорогой и стала электростанцией.

На великой реке построили восемь ГЭС. В сороковые годы в момент строительства рыбинская ГЭС была одной из самых мощных. Для создания напора воды соорудили гигантское водохранилище. Под водой оказалось почти 10% территории Ярославской области.

Под воду ушли шестьсот деревень и два города.

Перед плотиной рыбинской ГЭС, на Стрелке, собирались поставить огромные скульптуры. Сюда даже планировали перевезти "Рабочего и колхозницу" Веры Мухиной. Затем решили, что будет стоять "Мать Волга" и, охраняющий ее, чекист. Остановились на одной женской фигуре.

И теперь, "выплывающих из-за острова на стрежень" пассажиров встречает работа скульптора Шапошникова. Как здесь сделали такую фигуру высотой семнадцать с половиной метров?

Шапошников изваял двухметровую женщину. Ее разрезали на слои. Затем каждый слой перевели на фанеру с пятикратным увеличением, и фанеру нанизали на каркас с отступами. Затем залили бетоном.

Когда скульптор Шапошников во время работы над своей гигантской статуей жил здесь на дамбе во времянке, то познакомился с инженером электростанции Слепневым. И даже изобразил своего друга на барельефе на арке водосброса. Но Слепнев не по своей воле приехал в Рыбинск.

Студент полтавского строительно-инженерного института как-то вслух похвалил какой-то американский проект. Однокурсник донес, и Слепнева судили по 58-ой статье "За контрреволюционную деятельность". Отбывать срок он отправился в "Волголаг".

"Волголаг" был образован из "Дмитровлага" специально для строительства угличской и вот этой, рыбинской электростанции.

Здесь работали единовременно 80 - 90 тысяч заключенных. Смертность в тяжелые годы была 20%.

Мне довелось общаться со знаменитым строителем электростанций, создателем нескольких гидроузлов. Он рассказывал, что после распределения поехал на комсомольскую стройку. Так писали в газетах. Прозрел только когда миновал одиннадцать КПП. В его бригаде, бригаде молодого инженера, было 300 заключенных. Почему так много? Уголовники работать не хотели, доходяги не могли, а механизация была минимальная.

Мы с вами пришли в машинный зал электростанции. Он спроектирован архитектором Савицким, как и весь комплекс.

Когда в 41-ом году электростанцию пустили, то работала только одна гидротурбина, еще не было крыши, и над ней сделали навес из досок и брезента. Не было отопления. А вы помните, какая лютая была зима 1941 года? Но стране нужно было электричество.

А затем, несмотря на сложности военного времени, в 42-ом году поставили вторую турбину.

В машинном зале сохранилась не только плитка, порталы со звездами и вот эта колонка управления турбиной. Сохранилось два старых гидроагрегата, а четыре уже новые.

Рядом с электростанцией был построен еще один режимный объект - поселок для сотрудников. Видите, он небольшой, сотрудников было немного. С очень уютной и непривычной для нашей средней полосы архитектурой.

Его строили пленные немцы. Как шутили в Рыбинске: "зеки для зеков". Но здесь, конечно, жили бывшие, освободившиеся заключенные "Волголага", но, в основном, уже вольнонаемные. И вот эти квартиры, видите, здесь высокие потолки, считались элитными.

Посередине, между детским садом и школой, стоит ДК ГЭС. Сегодня поселок уже не режимный и в ДК организовали музей советской эпохи. Здесь показывают советский буфет, советский кинотеатр, советскую коммуналку. Кстати, в ДК, на последнем этаже и была жилая квартира. Здесь, по традиции советского времени, жил директор дворца культуры.

Вервие над кувшинками
ивовых серых лоз.
Дождь окропил дробинками
и — тополиный сброс.

Щебет на щебет, лиственный
утренний мрак на мрак.
Может, и наш с харизмою
край, а не абы как.

Если мелкопоместная
грозно дичает весь,
стало быть, и небесная
родина наша — здесь.

Это снова Кублановский.

На этих берегах вся история нашей страны. Древние храмы, заброшенные заводы, богатые дачи, современные памятники. Снимай слой за слоем и изучай.

До встречи через неделю.

Яндекс.Метрика